2007 год

* * *

Детское письмо

Я помню замков каждую песчинку,
Но вдохновенье, как всегда, само…
Втирая первый взрослый крем в морщинку,
Я сочиняю Детское письмо…
Себе давнишней, юной глупо веря,
Каприз вплетаю в ровных строк узор…
И маленького ласкового зверя…
И аромат волнующий «Trezor»…
Оно послушно так и бесхребетно -
Послание без нужной запятой.
И о себе в нём ничего конкретно,
А расстоянья мерятся верстой…


* * *

Пусть

Чуть ошалев от перекрёстков дня,
Как на свиданку с собственной квартирой…

Он никогда не начинает – «Ира…»
Выдумывая клички для меня.
Пусть. Я согласна быть его зверьком.
Барахтаться в капкане многоточий.
Мне б только коготочки покороче
И в горле протолкнуть бы шерсти ком…


* * *

Пазл

Слава богу, что рядом с тобой нет места.
Но зачем-то ты, всё же, мне был показан?
Непонятно пока. Огонёк протеста.
Почему только годы спустя, не сразу

Я сложу этот пазл до конца и вздрогну,
Не поверив картонным его морщинам -
Я стою на развилке, а выбрать дорогу
Помогает мне...
"Можно Вам верить, мужчина?"


* * *

Спасибо, что дали на краешек самый присесть.
За ласки, случайно мне брошенной, лишние крошки.
Гуляя сама по себе, как гуляют все кошки,
Я тем согреваюсь, что где-то на свете Вы есть.


* * *

Пришла пора

Пришла пора, пора листки сминать –
Чернилами протоптанные тропки.
Ещё полжизни, чтобы вспоминать.
И маленькая рана просит штопки.

Но, ни к чему – затянется сама
И будет мне предвестник непогоды.
Когда-то нас с тобой свела зима.
Такая же, но младше на два года…

И вот пришла пора листки сминать.
Там несерьёзно – маленькая рана…
И я смеюсь, чтоб только не стонать.
Не говори – «Не уходи так рано…»


* * *

Слишком рано

«Слишком рано, мне кажется, в гости…»
Две студёных ступеньки крыльца
Уничтожили разницу в росте.
С Фонарей золотая пыльца

Осыпалась крупинками влажными -
Завершённость почти до штриха.
Ты запомнил, ну надо же, важное -
Настоящая Нежность тиха…


* * *

Стою и стыну...

Взошла, стою и стыну над водой.
О чём просить Вас, Голубые Дали?
Я не нужна ему с моей бедой
И с радостью моей нужна едва ли.
Взошла, стою и стыну меж зверьми.
Какой по счёту стану я добычей?
Зачем огромным кошкам, чёрт возьми,
Навязан был наряд помпезный птичий.
Стою и стыну оттого, как прост
Мой замысел. Я даже не искала -
Он сам привёл меня на этот мост
И рассказал про глубину канала…


* * *

Что ты сделал со мной? Я к тебе привыкаю…
Я всё ближе и ближе тебя подпускаю -
Ты вот-вот перейдёшь эту грань,
За которой останется только молитва
Перед нашей, уже предрешённою битвой
За свободу мою – «Не порань…»


* * *

Предложение

Я предложила дружбу и ладонь,
Открытую для дружеской руки.
Но он сказал – «Как друг, меня не тронь.
Не предлагай такие пустяки.
Пойми, я не хочу с тобой дружить.
Но это нет ни времени, ни сил.
Давай-ка лучше будем вместе жить»
И стать своей женою попросил.


* * *

Что-то тикает тихо, почти как часы.
Колыбельную кошка поёт мотыльку.
И, внимательна к каждому жизни куску,
Смерть приходит за ним налегке, без косы…

И убийца пришла… льнёт довольно к рукам…
Сколько в памяти можно хранить пустяков -
Никогда не любила ночных мотыльков…
Никогда не мешала красивым клыкам.


* * *

В тот день, когда мы умерли друг в друге,
Мне грудь перечеркнул могильный крест.
С далекой колокольни благовест
Надрывно разносился по округе…

Искала, где тебя похоронить.
Что выбрать? – рощу или же поляну.
Растерянной, беспомощной и…пьяной,
Во всех хотелось мне себя винить…

Не знала я, что в этот горький миг,
О том же самом думал ты, мой милый,
Мне место выбирая для могилы.
Ты, как и я, к потерям не привык…


* * *

Обещай мне...

Посвящается одному безжалостно Нежному mafióso…

Жизнь тебе подарила проседь -
Слишком яростно обнимала.
Я тебя не могу бросить,
Потому что… не поднимала.
Эта нежность твоих писем
«ни о чём», как огонь в камине.
Роскошь…
Роскошь от них зависеть,
Я позволю себе отныне.
Ты меня обогнал в кроссе
На года. Может их скинешь?
Обещай мне, когда бросишь -
Я смогу пережить финиш.


* * *

К сердцу мягко подкралось забвение
И спасительным ядом втекло…
Он кричал ей в лицо оскорбления,
А она улыбалась светло.
Не ждала, что характер заточится.
Не сейчас. Не об этот «брусок».
Улыбалась тому, что все кончится -
Оставался один волосок…


* * *

Люблю

Свою неправильность терплю.
Терплю, насколько хватит сил.
Твою неправильность люблю.
Люблю, хоть ты и не просил.
Бездумно. Вопреки. Назло
Нас разделяющим решёткам.
И пальцев отдаю тепло
На поруганье пёсьим глоткам.


* * *

Письмо

Там, где жизнь и смерть неразличимы,
Там, где свет страшнее темноты,
Есть одна, но веская причина,
Чтобы жить. Причина эта – Ты…


* * *

Настроение mòrte

Небо свежей слепит облицовкой…
В этом мире, до ветхости старом,
Биография с мрачной концовкой
Мне предсказана собственным даром.

Мне любезна любая обида.
Страшно дороги злые нападки.
Я готовлю шедевр суицида
Накануне довольной тридцатки.


* * *

Не подарок

Не подарок судьбы, а насмешка…
Погляди и запомни – не твой!
Ни мгновения подле не мешкай,
Не любуйся седой головой.
Перекинемся (что тут такого?)
Парой строк, но проглянет тоска
И самой себе данное слово,
Замков не воздвигать из песка
Разобьётся…
Кто рано, кто поздно,
Как сумели, обставили быт.
Но живём ли подробно, серьёзно?
Нет. Скорей, только делаем вид…


* * *

Я смотрю на тебя и не знаю, как быть?
Убежать? Но, куда подевалась вся прыть?
На побег несговорчивы обе ноги…
Лучше ты от меня убеги.

Я затравленно жду твоих ласковых строк,
Чтобы их сохранить не во благо, но впрок…
Чтобы их примерять на себя и не зло
Понимать, как другой повезло…

Слов не жди, вдруг решишь, что с тобою хитрю.
Я безмолвно, безропотно, просто смотрю...
На тебя...
И не знаю, как быть?


* * *

Четвертая Glamour

Возглавляя список круглых дур,
(Первенство такое - верный плюс)
Я курю четвертую Glamour,
Ненавидя длинной белой вкус…
Я курю и, тренируясь дым
Выпускать колечком через рот,
Размышляю, что мне делать с ним?
Боже мой, какой он идиот!


* * *

Пиковая дама

Не налажу скользкую удавку
И по венам бритвой не рвану,
А приду на Зимнюю канавку
И, как Лиза, сдуру утону.

Утону. Финал картины ясен.
С тихим стоном ухнувшись во тьму,
Я припомню, как он был прекрасен
И смиренно зло прощу ему.

Все зачтя: безумие азарта,
Попранное чувство - чем жила…
И речитатив хрипящий - «Карты…
Карты, карты… деньги… два ствола!»


* * *

После

А теперь я хожу на носочках,
Наказав каблучками пятки.
Ставлю вовремя жирные точки.
На моих золотистых лопатках
Аккуратные нежные шрамы
Скрыты мягких волос копною…
И героям любой кинодрамы
Делать нечего рядом со мною.


* * *

Легран

Пёс, ты стал отпетым хулиганом,
Льнёшь ко мне, хотя и чуешь хмель.
Наречённый запросто Леграном,
Ты не знаешь, кто такой Мишель…
В этом доме, где твои шерстинки
Вплетены в обивку и ковёр,
Он звучал с виниловой пластинки,
Разливая в воздухе минор…
В доме, где устал уже метаться
Белый пёс между двумя людьми.
Мой Легран… Я не могу остаться…
Это не предательство, пойми…


* * *

Логово волка

Узел сдвинут, расстёгнут ворот -
Безупречность жила недолго.
Почему ты скрывал, мой город,
От меня Его «логово волка»?

Гулкой питерской лестницы прелесть,
Совершенство её овалов,
Где, в свободное сердце не целясь,
Я сама Его поцеловала…

Безупречность жила недолго -
Петли узкие с треском пустели.
Безрассудным, безжалостным, колким…
И коротким был путь.

До постели…


* * *

Путь прочь...

Глядеть на завитки твоих волос
С жемчужной нитью первой седины.
Быть молчаливо-преданной, как пёс.
Немного виноватой… без вины.

И мысленно уже вершить свой путь
По самой чуткой лестнице - путь прочь.
Быть ранней, неприкаянной чуть-чуть,
До капельки в себя вобравшей ночь.

Недосчитаться нужных мелочей -
Двух пуговиц, но в сумочке есть брошь
И тёмный ключ в семье моих ключей,
Как тайный символ, что меня ты ждешь…


* * *

Не так

Я к тебе прикасаюсь не так,
Как ко мне прикасаешься ты.
И сердца наши бьются не в такт,
И не знать твоему пустоты,
От которой собьётся моё
С ритма, с чуткой и важной оси
И внезапно о том запоёт,
От чего меня Бог упаси!
Я готова сказать – Здравствуй, грусть!
Мне беда, как родная сестра,
Но затравленно, глупо уткнусь
В жар плеча твоего до утра.
Утром чай… Суета мелочей…
Расставанья звериный оскал…
Связка в сумке лишится ключей –
Положу так, чтоб ты не искал.
И сердца наши бьются не в такт…
На пороге своей пустоты
Я к тебе прикасаюсь, но так,
Что потери не чувствуешь ты.


* * *

Лень

По гладкой, ласковой спине
Крадутся кружевные тени.
В тебе так много сладкой лени,
Что досыта хватило мне.

Ах, эта лень так горяча,
Так изнывающе роскошна,
Мешает изучать дотошно
Изгибы твоего плеча.

И в "солью" тронутом шелку
Проделав пальцами дорожки,
Мешает волосы взъерошить
Тебе, лежащий на боку…

Не шелохнусь. Пускай царит,
Переливаясь в клетках кожи.
Я обожаю лень до дрожи,
Но ты прошепчешь – «Скоро три…»


* * *

Ответ

Замедлив шаг, мы встали над водой
На Златокрылом Банковском мосту
И ты шепнул мне - «Поделись бедой…»
Слова исчезли паром в пустоту.

Литые пасти множили оскал.
«Как он хитер…» – мелькнуло невпопад.
Мой опыт доверять был слишком мал.
«И как-то зло, необъяснимо рад…»

Всё нынче невпопад. Рванулось ввысь -
«Я сумерки люблю за синеву…»
А после, как ответ на «поделись», -
«И без беды своей не проживу.»


* * *

"Сегодня мне письма не принесли:
Забыл он написать или уехал…"

Ахматова А.А.


Теперь и мне знаком такой вопрос.
Испив неумолимость нежной строчки,
Скучаю по письму его до слёз,
А он не пишет и не ставит точки.

Боюсь спросить, поставлена ль она? -
Он был со мной так обморочно нежен.
Для гибели своей приручена,
Я становлюсь Тоски добычей свежей.


* * *

"Мы не умеем прощаться,
всё бродим плечо к плечу…"

Ахматова А.А.


Мы умеем прощаться.
Скажу даже больше -
Мы
Только это с тобой и умеем.
Разлучаясь, становимся ближе и тоньше,
И ничем этот миг омрачить не посмеем.
Расстаёмся и всё, всё прощаем друг другу,
(Если «мало ли что» - нет долгов между нами)
Оставляя последним подарком... разлуку,
Аккуратно вплетённую в нежную память.

&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&® next page

Сестра Риммовна ©&® 2007